Людмила Артемьева: «Я готова стать бабушкой, это же прекрасно»
25.03.2010 22:00
В новом сериале «Дворик» на телеканале «Россия 1» хохотушка снова играет бабушку.
— Сериал «Дворик», можно сказать, некая модель нашей большой страны. Интересно, а каков ваш «дворик», в котором вы сейчас живете?
— И это вопрос к совершенно сумасшедшему человеку с чудовищным графиком? (Смеётся.) Дворик - это размеренная жизнь: утром уходишь на работу, вечером возвращаешься, выгуливаешь любимую собачку. Я же приползаю домой поздно ночью, рано утром уже мчусь на самолёт. Я никак не среднестатистический житель двора. Хотя счастлива, что живу именно в таком дворике, где летом на лавочках воркуют влюбленные, где бабушки кудахчут над непослушными внуками, обсыпающими всех песком. Где-то я эту жизнь успеваю увидеть, но точно знаю, что она не моя.
— И всё же, есть дворик, который вы помните?
— Это дворик в городе Ужгород, где жили мы с родителями: папой — военнослужащим — и мамой, соответственно, женой военнослужащего. Мы жили в военном городке в двухэтажных аскетичных бараках. Мама перед домом разбила клумбу. Потом кто-то присоединился, тоже что-то стал высаживать. Недалеко от дворика была развесистая липа, на которую я любила залезать. Сколько ключей от квартиры там было потеряно, сколько закопано секретиков, пролито слез счастья и горя, боже мой!
— Но ваш родной город, наверное, все-таки Москва? Какая она — ваша столица?
— В силу профессии я вижу ее всякой. Иногда выезжаю на окраины, и у меня появляется ощущение, что я где-то в Азербайджане. У меня нет ощущения Москвы даже чисто по лицам. Но это не означает, что к нам пришли какие-то завоеватели. Наоборот, из окон доносится такая музыка и такие запахи, каких не услышишь ни в одной московской семье. Москва — она разная, многоликая, она стала как Нью-Йорк. Есть старая Москва, с любовью отреставрированная, есть Москва, в которой живут алкоголики, порой являющиеся коренными москвичами. Москва для меня родная, здесь родилась моя дочь. Здесь сталкиваются и соприкасаются множество энергий, здесь невероятные возможности для самореализации. Люди это чувствуют, потому их сюда и тянет, как бы ни злились москвичи: мол, Москва не резиновая. Позвольте уж Москве решать и выбирать, резиновая она или нет.
— У вас удивительные мимика, жесты, чувство юмора. В кого вы такая? Где у вас батарейка?
— Где спрятана, не скажу, не покажу (смеётся). Сама ищу всю жизнь! Я родилась именно с этим лицом и мимикой, за это я благодарна родителям. Папа - человек с удивительным чувством юмора, мама — просто с невероятным, она пишет всё в стихотворной форме. Эсэмэски присылает такие, что мои видавшие виды друзья теряются. Или может открыткой поздравить в пол человеческого роста. Оттуда я, видимо, всё и черпаю.
— Ваши коллеги утверждают, что с вами не соскучишься и на гастроли с вами ездить - одно удовольствие. Отбросьте ложную скромность и ответьте, за что вас так любят?
— Вы меня сейчас так смутили. Считайте, что я этого не слышала. Иначе я начинаю стесняться и понимать, что вас жестоко обманули. Речь, наверное, шла о ком-то другом… Огонёк не может гореть всё время, но, если тебя окружают позитивные люди, как не радоваться? Попробуйте посмешить общество, которое пришло поскорбеть. У вас это не получится.
— Говоря о роли Антонины из сериала «Кто в доме хозяин?», вы сказали, что любите играть экстремальные роли. Я не очень поняла, что это значит.
— А я тоже не понимаю. Понятно, что в моём возрасте это уже бабушка, но такая бабушка, которая и пляшет, и лезет везде, рулит жизнью и своей, и дочери. Это экстрим и в определённой степени гротеск. Так в этом и прелесть, иначе ведь скучно!
— Вы в первый раз бабушку играете. Как вам живётся в таком амплуа?
— Да мне всё равно — хоть девочкой, хоть прабабушкой называйте. Это определенный тип ролей, которые вкусны! Даже если бы мне мужика предложили играть, согласилась бы с радостью, если бы это было интересно!
— Сами уже готовы стать бабушкой? Вы, наверное, здорово бы рассказывали внукам сказки...
— Ха-ха! Как-то я говорю своей дочке: «Вот, помню, рассказывала тебе сказки...» А Катя в сердцах высказала мне: «Да я ни одной сказки от тебя толком не услышала, потому что ты все время засыпала!» Вот такая я рассказчица. Но сейчас, конечно, и время другое, и возможности иные, почему бы не стать бабушкой? Это же прекрасно. Но спрашивать об этом надо наших доченек, хотят ли они этого.
— На вашем сайте есть письмо от вас к поклонникам. Оно написано очень красиво — видно, что вы дружите со словом. Не хотели бы продолжить и написать книгу, например?
— Спасибо за лестные слова, у меня просто была минута славы (смеётся). В школе любила баловаться сочинениями, которые постоянно отсылали на какие-то конкурсы. Но после окончания школы родители тайком дали посмотреть мои опусы профессиональному журналисту. Он честно сказал все, что думал о моей писанине, и напрочь отбил желание писать, за что я ему невероятно благодарна.
— Говорят, что главный стимул к творчеству — сильное чувство, например любовь. Что сейчас творится у вас на душе?
— Я несказанно радуюсь погоде, она у нас прекрасна. Ещё в середине февраля, когда стояли морозы, вдруг вышел хор птиц. В разгар зимы и холодрыги такой гимн весне и наступающей радости бытия! Я это обнаружила и стала вопить такую оду весне! Я во всём люблю находить счастье, даже в такой невнятности.